Кронштадт.
.
Символика  
История  
Музеи  
Форты  
Галереи  
Кронштадт
Встреча с Кронштадтом   •  Памятники Кронштадта   •  Старый Кронштадт
 
Справочник
Карты и планы
Книжная полка  
   

В. В. Владимиров
Кронштадт


 

Книга «Кронштадт» В. В. Владимирова вышла в свет в 1899 году в Энциклопедической библиотеке «Вся Россия».
Южно-русское кникоиздательство Ф. А. Иогансона. Цена книги была 15 копеек.
Интересные суждения автора о жизни Кронштадта конца XIX века.

Книга «Кронштадт» В. В. Владимирова публикуется в электронном виде впервые..



ОГЛАВЛЕНИЕ



Исторический очерк острова Котлина


      Кронштадт — преддверие Петербурга, военный и купеческий порт с крепостью на острове Котлин, служит защитою столицы с моря от неприятельского флота и представляет ещё и до сих пор, несмотря на развитие Петербургского порта, торговую гавань, через которую проходит большая часть товаров, привозимых на судах из-за границы.

      Великий Преобразователь России, Пётр, заботясь о молодой столице тотчас же воспользовался небольшим островом, лежащим в 25 верстах к западу от устьев Невы в 1710 году основал на нём город и, назвав его Кронштадтом, то есть «Венцом городом».

      Островок в Финском заливе, или вернее в его восточной части, называемой «Маркизовой Лужей», на котором расположен город, звался по-фински «Ретусаари». Но с основанием Кронштадта ему было дано новое название «Котлин», которое он и носит по настоящее время.

      Остров представляет узкую полосу земли в 13,5 кв. вёрст — не более 2-х вёрст в ширину и около 7 вёрст в длину, — тянущуюся с северо-запада на юго-восток и возвышаюшуюся над уровнем моря на 10—15 футов, покрытую в своей заппадной части мокрым лугом с кочковатою почвой. Большая часть острова занята городом и военными постройками военного ведомства.

      Самый остров можно разделить на две части: восточную и западную. В восточной части занятой городом и отделённой от западной старинною крепостною стеной с казематами, приспособленными для жилья, средоточен на небольшом пространстве центр общественной жизни острова. Западная часть постепенно суживаясь переходит в косу, заливаемую во время наводнений и покрытую камышом и мелким кустарником. Здесь же находится кладбище с рощей.

      Историческая жизнь острова начинается очень недавно, так как до самого основания Петербурга никто не считал его сколько-нибудь заслуживающим внимания. С 1323 года по 1617 остров признавался пограничным пунктом Руси со Швецией и не имел никакого населения. Разве, может быть, прибрежные финны выезжая в море на рыбный промысел, изредка заглядывали на него, останавливаясь на день на два, если случайная буря заставляла их собирать сети и искать убежища на суше.

      Окружённый со всех сторон водою, не представляя ни удобных пастбищ, ни почвы, сколько-нибудь годной для обработки без надлежащего удобрения, ни лесу, совершенно обнажённый с сырою, кочковатою землёю, образовавшеюся из наносного песку, влажным климатом, открытый всем ветрам, подверженный частым наводнениям, он естественно не служит приманкой для угрюмого финляндца, который не основывал на нём никакого селения, несмотря на близость берега и раположенных на нём деревьев.

      О происхождении названия «Котлина» предание гласит следующее. После завоевания устьев Невы, русские войска, преследуя Шведов натолкнулись на небольшой островок, занятый неприятелем и прогнав его с этого острова нашли на месте стоянки Шведов котёл, оставленный ими ввиду поспешного отступления и по имени этого котла назвали остров «Котлин». До 1710 года Пётр Великий, занятый войною со Шведами внутри России, хотя и понимал, очевидно, будущее торговое значение Котлина, как преддверия Петербурга и его второй гавани, но поглощённый всецело военными заботами и оберегая пока ещё только военные интересы, не основывал на острове никакого поселения с постоянными жителями, зная, что при всяком случайном нападении со стороны неприятеля, Котлин, будучи отрезан от материка, не может обороняться не имея сильного гарнизона, а потому всякое торговое поселение на острове, склады товаров и прочее, будет разрушено и разграблено Шведами, и тяжёлый труд сотен людей пропадёт даром.

      Воздвигая же постепенно сильные укрепления и устраивая таким образом оборону будущеготоргового пункта, Пётр Великий хотел создать из него неприступную твердыню, и тогда только начать развивать его торговое значение.

      Первым укреплением заложенным Петром I в 1703 году тотчас же после основания Петербурга был форт «Кроншлот», расположенный к югу от Котлина и построенный Меньшиковым по модели сделанной самим Петром. (Все суда, идущие по южному фарватеру должны непременно проходить между Кроншлотом и Кронштадтом). Осенью 1703 года Пётр производил измерения глубины воды в Финском заливе, несмотря на мороз и плавающие льдины. Узнав из этих измерений, что море к северу от острова у берегов Финляндии непроходимо для кораблей, так как дно всё покрыто мелями и камнями, Император решил построить на острове крепость. В ту же зиму Пётр из Воронежа прислал собственноручную модель Котлинской крепости и приказал Меньшикову немедленно приступить к её постройке, не обращая внимания на зимнее время. Меньшиков тотчас же исполнил приказ. Из Петербурга были вытребованы рабочие, и постройка новой крепости началась. Весь необходимый материал привозился из Петербурга на санях, так как море уже замёрзло. В короткое время на месте указанном царём возникло грозное трёхъярусное укрепление в виде башни. Это было большое деревянное здание, построенное по последнему слову тогдашнего инженерного искусства. Постройка этого первого укрепления стоила очень дорого, и также, как постройка Петербургских укреплений не обошлась очевидно без крупных жертв людьми и деньгами. По словам историка, на постройку, несмотря на множество лишений, которые приходилось испытывать рабочему люду в такое неудобное для всяких работ на воздухе время, толпы рабочих шли со всех концов России. Однако такой страшный наплыв рабочих повёл за собою большие бедствия. Кроме страшных морозов и ветров, губительно действовавших на здоровье рабочих, в скором времени обнаружился страшный недостаток в съестных припасах. Отрезанность вообще всего вновь завоёванного края от остальной России, а уединённого острова в особенности, повело за собою то, чтопо мере наплыва рабочих сил, продовольствие их делалось более и более затруднительным и бедствия от этого всё увеличивались и увеличивались. Рабочие жили, как и в Петербурге, в шалашах и спали на мёрзлой земле. Их новые шубы в короткое время превратились в жалкие клочья, они прогнили и от них отваливались целые куски. Почти все были окровавлены. Народ умирал массами. Некоторые думали, что здесь распространилась чумная эпидемия, тогда как на самом деле люди гибли просто от невозможных условий жизни, непосильных работ, холода, сырости и недостатка пищи. Дизентерия уносила в могилу всех, не выносивших этих условий. Много людей умирало благодаря недостатку в необходимых медицинских припасах и отсутствию врачей. Так прожили первую зиму на Котлине. Но вот наступила весна и бедствия мало по малу кончились. 4 мая 1704 года Котлинская цитадель была окончена и Пётр со своими приближёнными и митрополитом Иовом отправился её освящать и открывать. Осмотрев работы и назвав воздвигнутое укрепление «Кроншлотом», то есть «Венцем замком», цать приказал прибавить к нему ьатарею в 14 орудий, а на месте нынешнего города Кронштадта поставить 60 пушек. Эта предосторожность оказалась настолько нелишнею, что почти тотчас же по окончании батареи, крепость подверглась внезапному нападению Шведов и с успехом отразила его.




Возникновение кр. Кронштадт

      С этого времени по 1710 год в Кронштадте не было ещё ни оного жителя, кроме военных. Всё время проходило в постоянных стычках со Шведами, и только когда наступил 1710 год, богатый всевозможными победами русских войск, взявших : Ригу, Динамюнд, Пернау, Ревель, Выборг, Кексгольм, Пётр решился заложить на Котлине военную и купеческиую гавани. Тогда же был заложен и первый форт на западной части острова, названный «Александр Шанц». Около него и начали возникать первые поселения на острове. Постройка фортов шла постепенно, и по мере постройки росло и количество рабочих, а следовательно увеличивалось и население. В 1721 году они были окончены и город окончательно сделался передаточным пунктом в сношениях России с Западной Европой.

      Как уже было сказано выше первоначальное заселение острова началось с местности, находящейся у Александра Шанца. Ныне этот посёлок, известный под именем «Косного селения» представляет из себя десяток-другой стареньких, покосившихся домишек с очень небольшим населением. Зато, находящиеся рядом кладбища, живо свидетельствуют о том, что на этом маленьком островке никогда не было застоя жизни. Между памятниками особенно замечательны те, которые были поставлены при Петре I, как например, первого коменданта крепости.

      Центр тяжести населения перешёл с западной на восточную окраину острова по двум причинам; во-певых, чтобы быть подальше от возможного нападения противника, а во-вторых, вследствие узости острова у его восточного конца. В первоначальном своём развитии город стал отстраиваться, на так называемой «горе». Была ли эта гора, в действительности трудно сказать, но ещё на картах 50—60 годов, она обозначена. Заселение города к этой части началось, как следовало ожидать, торговым и морским людом, о чём свидетельствуют и названия улиц вроде Шкиперской и т. п. Местность эта ныне зовётся в насмешку «Сен-Жерменским предместьем». Улицы здесь узки, коротки, дома деревянные, большей частью двухэтажные, с виду очень похожие друг на друга, и к сожалению, страшно скучены. До 1873 года и остальная часть Кронштадта была не лучше и, благодаря этому, пожар истребил болильшую часть города. Но нет худа без добра, и из пепла поднялся новый более гигиеничный и благоустроенный город.




Рост крепости и фортов

      Наряду с развитием торговли и с приростом населения в Кронштадте безостановочно шла и другая деятельность. Заключалась она в том, чтоб во всякое время, несмотря на прогресс военного и морского дела в Западной Европе, не только не отстать , но даже опередить противников и сделать Кронштадт действительно неприступной твердыней.

      Как выше уже сказано, первоначальные укрепления были построены из дерева, но с усовершенствованием артиллерии от них пришлось отказаться и вот, в 1807—1808 годах, по плану Оппермана, все укрепления были перестроены, причём материалом для них стал служить камень (гранит) и песок. Прошло немного лет и ужасное наводнение 1824 года указало на слабые места постройки и пришлось переделывать многое заново. В промежуток времени между 1825—40 годом, были начаты и закончены западные форты, оборонительные стенки, казармы и плотины; прежняя деревянная цитадель перестроена в каменное укрепление и названа форт Пётр I. В 1854 г. начата постройкой батарея Константин, самая могучая изо всех.

      Пётр Великий исследуя северный фарватер убедился, что вследствие мелководья он не пригоден для плавания судов и решил, что противник не может подойти этим путём. С тех пор почти всё внимание было обращено на юг острова. Но во время Севастопольской компании Английский флот двинулся именно по северному фарватеру и его вестовое судно остановилось на линии Госпиталя, т. е. уже на пути к Петербургу, и и не будь мин, причём одна взорвалась у самого носа адмиральского корабля, задержать наступление противника было бы уже нечем.

      С тех пор по северному фарватеру, точно со дна морского, выдвинулись семь новых фортов. Чтобы представить себе эту гигантскую работу достаточно сказать, что почти все Кронштадтские форты воздвигаются в море. В зимнее время, когда станет лёд, день и ночь тянутся к месту постройки нескончаемые вереницы чухонских саней, нагруженных камнем; и не дёшево стоит этот камень. Простой булыжник — 35 р. за кубик. Кубик за кубиком подвозится, набивают им особые рамы, и через проруби опускают на дно. Много этих кубиков требуется для того, чтоб со дна морского поднялся каменный оплот с земляной короной укрепления.

      Много денег, труда, лишений и даже жизней поглощает эта работа, но зато год от году всё непреступнее, всё безопаснее охраняетя дверь к голове и сердцу Империи, и всё безопаснее и безопаснее становится стоянка родного флота, флота который так необходим для сношений с другими народами.

      К сожалению, теперь, когда Кронштадт действительно стоит на высоте своего боевого могущества, — прогресс морского дела вынудил искать новую стоянку для боевого состава флота. Дело в том, что на сцену появились настоящие гиганты — крейсера, настолько глубоко сидящие в воде, что им тесно стало на Кронштадтских рейдах. Да и кроме того явилась необходимость круглый год поддерживать навигацию. Правда, на этих днях (март 1890 г.) случилось знаменательное событие не только для жизни Кронштадта, но и для всего мореплавания: среди зимы, во время сильных морозов, несмотря на толстый и крепкий лёд, из Англии в Кронштадтскую гавань вошёл новый могучий ледокол «Ермак». Зрелище чудное! Глядя как этот колосс свободно идёт во льду, а рядом по бокам и перед носом, не боясь провалиться, кишит толпа, невольно выше подымаешь голову, невольно лучше начинаешь глядеть на человечество.

      Но, увы, несмотря на новую победу знания и техники, военный флот не может находиться в полной зависимости от ледокола: не может и не длжен запираться за ледяной преградой; вот почему, вопрос только времени, когда Балтийский флот оставит насиженные места в Кронштадте и переберётся в Либаву.

      Говоря о ледоколе «Ермак», невольно вспоминается не особенно давнее прошлое о сообщении между Кронштадтом и остальным Божьим миром во время осенней и весенней распутицы. Нечего говорить уже о том времени, когда не было паровых судов: период осенних бурь и непогод для плавания на парусах и вёслах был крайне тяжёл; но, и с введением паровых судов, до введения ледоколов средних размеров1) распутица давала себя знать прекращением сообщения на целые недели. Прошло не боле десяти лет с тех пор, но теперь и вспомнить странно о том, что было прежде. Сообщения с материком нее прекращаются круглый год: ледоколы2) поддерживают сообщение до тех пор, пока по льду не только могут ездить легковые извозчики, но даже могут двигаться тяжёлые обозы. Кстати о передвижении по льду. Восемь вёрст — расстояние конечно небольшое в сравнении с нашими степными пространствами, но тем не менее бывали и бывают случаи, что целые поезда (целая вереница саней), во время вьюги и метели выезжавшие из Ораниенбаума в Кронштадт, терпели настоящие аварии, и, даже случалось, что отправившиеся люди гибли в этой степи — море. Причина этому заключалась отчасти в плохой организации зимней дороги (по ночам руководящими точками являлись только 3 фонаря у будок, и только в последнее время, на углу пристани электрический фонарь, прожектор Манжена), а во втором, просто в стихийной силе. Надо сказать, что у каждой будки кроме фонаря имеется ещё и колокол, в который непрерывно звонят во время вьюги, но этот призывный, спасительный звон не всегда спасает путников от опасности сбиться с дороги. Вьюга слепит глаза, и внескольких шагах не дозволяет видеть еле мерцающего света фонаря, а ветер так изменяет направление звука, что он почти одновременно слышится и спереди и сзади и справа и слева. Бывали и повроряются ещё случаи, что пассажиры проблуждавши целую ночь по морю, иззябшие, уставшие, и конечно опоздавшие, на утро приезжали к тому месту с которого выехали. Всё, что сказано выше, относится к старой дороге Ораниенбаум—Кронштадт.

      С введением новой линии «Лисий Нос—Кронштадт» эти неудобства легко устранились. Администрация этой дороги задалась целью сделать переезд более безопасным, и вдоль дороги, в расстоянии 100 сажень друг от друга, распорядилась поставить фонари. К сожалению, население острова Котлина так обособлено, так привыкло старым порядкам, что предпочитают ездить по старой, более опасной дороге, и тем самым, конечно, не поддерживают благого начинания северного пути в материальном отношении.

      Вообще, несмотря на близость к центру умственной и политической жизни, к столице, Кронштадт носит совсем особый, ему одному лишь присущий отпечаток: это — пародия на столичные привычки и образ жизни и жалкое подобие, всё-таки самостоятельных, губернских городов. Но об этом после.

      Начиная с Севастопольской компании и после грандиозного пожара в 1873 году, Кронштадт много выиграл, как в военном, так и в гражданском значениях. Даже самая форма очертания острова изменилась. Начать с того, что прежде на месте, где ныне стоит Нарвская гаупвахта и казённые сараи, были, не то два пруда, не то две лужи; затем, где ныне находятся здания и мастерские пароходного завода, была не земля, а мелководье. Если к этому прибавить возникновение города из пепла, то становится очевидно, что и до сих пор деятельность в этом уголке земли не уменьшается, а быстрыми шагамии идёт навстречу современных требованрий. В настоящее время город Кронштадт можно характеризовать так: в нём 1) 40 улиц и переулков, 2) садов и парков3), 3) площадей 6, 4) гостинных дворов каменных 2, с 174 торговыми помещениями; 5) православных церквей 15, в том числе 10 домовых; 6) церквей иностранных исповеданий 4 и кроме того 7)молитвенные дома еврейский и магометанский; 8) адмиралтейство,9) арсенал, 10) госпитали, 11) больница английских моряков, 12) аптек частных 3, 13) магазинов аптекарских товаров 3, 14) дом трудолюбия, 15) лечебница для приходящих, 16) народная читальня, 17) школа для детей, 18) школа (воскресная) для взрослых и детей, 19) ночлежный приют, 20) народная столовая, 21) убежище для бедных девушек и дневное пристанище для детей обоего пола, 22) сиротский дом, 23) Мариинский приют для вдов и сиротармейского и флотского духовенства, 24) городская богодельня, 25) эстонское благотворительное общество, 26) дамское общество шведско-финской церковной школы, 27) похоронная касса кронштадтских ремесленников, 28) финское общество Ретуссари для больбы с алкоголизмом, 29) гимназия мужская 239 челов., 30) гимназия женская (239 чел.), 31) Реальное училище (193 ч.), 32) Техническое училище военного ведомства (88 ч.), 33) Штурманские классы, 34) фельдшерская школа, 35) курсы для сестёр милосердия, 36) приходские училища мужское и женское, 37) Школ и пансионов 25 с 924 учащихся, 38) приютов и сиротских учебных заведений 3, 39) Школа Морского Ведомства, 40) Школ для нижних чинов 13 с 2970 учащимися, и восемь специальных школ для нижних чинов морского ведомства, 41) редакция «Кронштадтский Вестник»,42) редакция «Котлина», 43) сгоревший театр.

      В смысле развлечения вряд ли какой другой город обладает такими относительными средствами как Кронштадт. На 49.886 чел.4) жителей (36.000 муж., 13.000 жен.) имеются: 1) Морское Собрание известное своей роскошной библиотекой и литературными вечерами, 2) Артиллерийское собрание, привлекшее к себе за последнее время массу публики, ввиду устройства катка и обычного радушия хозяев, 3) Собрание Каспийского полка, 4) два собрания кронштадтских крепостных батальонов, 5) Коммерческое собрание, заменяющее в Кронштадте театр, и наконец, 6) почти ежегодно на Нарвской площади на весь зимний сезон воздвигается тем или другим предпринимателем цирк.

      Таким образом очевидно, что жителям острова не приходится терять ни в чём ощутительного недостатка. Правда, часто слышатся жалобы на городской водопровод, на недостаток освещения улиц, но разве на это же самое не жалуются и в столице?

      В общем, представляя себе картину прежнего болотистого, пустынного острова, и находясь теперь на нём, нельзя не изумляться гению Петра, создавшему из ничего грозную твердыню, как нельзя и не изумиться той энергии, тому упорству и труду, с которыми русский человек приспособляется в совершенно чуждой ему среде, и мало помалуусваивает себе эту среду. Достаточно сказать, что «чухонец», коренной житель этих мест, имеет такое же значение в жизни и делах края, как евреи, татары и т. п.

      Имея целью открыть свободный доступ к морю для сношений России с другими державами, Пётр Великий всё своё внимание и силы обратил на приобретение выхода в Чёрном море и в Финском заливе. После долгой и упорной борьбы, мечты его осуществились, доступ к морю был открыт, и при устье Невы возник «из дебрей и болот» новый город. Чтобы привлечь в него все силы государстваи на веки сделать его дорогим для России, Пётр Великий сделал его своей резиденцией и перенёс в него центр государственной и административной жизни государства, т. е. Сделал его столицей. Таким образом, так сказать, сердце страны он перенёс на самую границу, т. е. подставил под первые и непосредственные удары противников. Сознавая это, Великий Преобразователь стал выискивать средства для надёжной защиты своего детища и средство это быдо им найдено в устройстве крепости на о-ве Котлин. Опасность грозила новой столице, во время её возникновения, с 3-х сторон: во 1-х, со стороны моря, наибольшая и непосредственная, во 2-х, со стороны северного берега Финского залива и в 3-х со стороны южного берега. Что касается этих двух последних, то Пётр Великий устранил их завоеванием береговых полос и приведением этих полос в оборонительные позиции, первая же и самая главная опасность, как уже было сказано выше, устранялось выдвижение вперёдсильной морской крепости, снабжённой как средствами самозщиты, так и мощной действующей силой, флотом, предназначенной как для восприпятствования прорыву, так и для перехода в наступление.




Стратегическое и административное значение Кронштадта.

      Сама природа, кажется пришла на помощь великим замыслам Петра. В 25 в. от устья Невы, в том месте, где залив начинает суживаться, нашёлся остров, расположенный как раз почти на середине залива, т. е. дающий возможность одинаковой и лёгкой обороны проходов. В 1703 г. по личной модели Петра, Меньшиковым был заложен первый форт — Кроншлот, и с тех пор кр. Кронштадт стал быстро расти и приобретать силу, пока наконец, не стал первоклассной морской крепостью. Стратегическое значение Кронштадта так велико, что с падением его не только падает северная столица, но и открывается бесприпятственный доступ ссевера к сердцу России, т. е. на Москву. Вот почему неустанно, денно и нощно, со времени своего возникновения, следя за прогрессом военного и морского дела, Кронштадт и его форты усиляются, перестраиваются; вот почему на таком малом клочке земли сосредоточена такая масса орудий и войска.

      В тактическом отношении положение о-ва не оставляет желать ничего лучшего: во 1-х, как сказано выше, он находится в том месте, где залив круто суживается, во 2-х он расположен почти посередине залива, давая почти одинаковую возможность обороны обоих проходов, в 3-х имея продолговатую, узкую форму, лежит не поперёк залива, а почти вдоль его, что даёт возможность на большем протяжении оборонять фарватеры устройством батарей на суше, в 4-х сами фарватеры, особенно южный, очень узки и настолько близко подходят к берегу, что оборона х гн особенно затруднительна, в 5-х он имеет хорошие рейды для стоянки активной его силы, военных судов: 1) Большой рейд к западу до Толбухина маяка на 13 в. защищённый от всех ветров, кроме западных и 2) Малый рейд к востоку до угла Военной гавани.

      Защита фарватеров, кроме укреплений на суше,в настоящее время производится целым рядом фортов; кроме того впереди их, с весьма узкими проходами на фарватерах, устроены искусственные заграждения в виде целого ряда ряжей, т. е. целой стены булыжников систематически опущенных на дно. В военное время как эти проходы, так линии впереди их минируютя, чем ещё больше затрудняется прорыв неприятельских судов.

      Для того, чтобы крепость была действительно грозна, она должна, кроме силы, обладать ещё и всеми средствами для своего существования в материальном смысле в военное время. В этом отношении Кронштадт почти обеспечен, ибо подвоз необходимых военных припасов и продовольствия из Петербурга может прекратиться только в случае прорыва неприятельского флота через линии заграждений, укреплений и фортов, что равносильно почти падению крепости.




Торговое его значение

      Кроме того, сам Кронштадт обладает большими материальными средствами, кроме продовольственных; на малом пространстве острова находятся 27 фабрик, заводов и мастерских Морского Ведомства, ( в том числе заводы: пароходный, канатный и пильнрый0 с оборотом на 5.878.404 р. при 5.156 рабочих, кроме казённых заводов в Кронштадте действуют частные: газовый, механическо-слесарный, салотопенный и сухарный заводы. В обширных, и всегда по последнему слову военной науки устроенных погребах находятся громадные склады взрывчатых веществ и снарядов. Для подания медицинской помощи имеется отличнейший Морской Госпиталь, 94 врача, 30 лекарских помощников, 97 фельдшеров, 13 фармацевтов и 25 сестёр милосердия. В военное время конечно числа эти увеличатся.иДля подания помощи судам, т. е. для исправления их повреждений имеются сухие и плавучие доки из которых наиболее замечателен Константиновский сухой док. Построен он в 1875 г. Камера его, длиною 154,4 метра имеет вид трапециедальный. Боковые стены его имеют 4 уступа шириною в 1,36, 1,06, 1,06 и 1,52 метра при высоте над порогом 8,8 метра; затем переход ко дну сделан тремя малыми уступами. Ширина камеры вверху 30,5 м., а по дну 15,8 м. Боковые уступы стен идут непрерывно вдоль всего дока и у задней стенки упираются в стремянки, служащие для подачи материала. Лестницы устроены в конце дока и у шлюпочной части. Шлюпочная часть, длиною 23,4 м. Имеет уклон в 6:1 с переходным закруглением к горизонтальному порогу. Вход закрывается железным батапортом криволинейного начертания о двух килях, имеющих вид судна. Для управления батапортом внутри него поставлены насосы, приводимые в действие небольшой паровой машиной, помещённой под палубой батапорта. Вся кладка Константиновского сухого дока сделана из известкового камня с внутренней облицовкой. Дно под кильблоками и продольными кловетами для отвода воды облицовано гранитом. Для водоотлива служат 4 плотобинынасоса в 100 сил каждый, а для откачивания фильтрационной воды во время работ, в доке поставлен особый поршневой насос в 30 паровых сил. Кроме Константиновского сухого дока имеются ещё, кроме плавучих: Старый и Новый доки Петра Великого и канал с 3-мя шлюзами. Вообще, до последнего времени, как военный порт, Кронштадт удовлетворял всем требованиям стоянки и починки военных судов, тем более, что в нём, кроме рейдов, имеются ещё три превосходные гавани; военная, средняя и купеческая, обнимающие громадное пространство и защищённые от ветров и волн солидной гранитной стенкой. Для наиболее быстрой связи между складами и мастерскими, между запасом и фортами весь остров за последнее время испещрён целой сетью железной дороги, конечно узкоколейной и исполняющей исключительно свои специальные отправления, т. е. вполне изолированной для жителей.

      В настоящее время, вследствие очень большой осадки военных судов, и не особенно большой глубины рейдов, Кронштадт мало помалу теряет своё значение военного порта, тем более, что в зимние месяцы навигация в нём прекращается; тем не менее значение Кронштадта, как дверей к Петербургу осталось, да кажется и навсегда останется тоже, что было и при его возникновении.

      Кроме фабрик, заводов, мастерских и складов в Кронштадте находятся и школы для воспитания и образования специалистов по необходимым, для него, отраслям деятельности, как то: Морской офицерский класс, Минные классы,техническое училище морского ведомства, фельдшерская школа, курсы для сестёр милосердия и 8 специальных школ для нижних чинов (судовых строителей, машинистов и кочегаров, водолазов, рулевых и сигнальщиков, машинных квартирмейстеров, строевых квартирмейстеров, минёров и электротехническая школа). Между прочим к числу воспитательных и образовательных сил Кронштадта надо причислить: 1) мужскую гимназию с 239 ч. учащихся, женскую с 275 ч., реальное училище, с 193 ч. и открытые, благодаря о. Иоанна, народную читальню, школу для детей, воскресную школу для взрослых и детей и т. д.

      Вот эти административные средства вместе взятые: обеспеченность в военно-материальном, (кроме продовольствия), отношения, в в скорой помощи при повреждениях, как физических, так и конструктивных, уместность образования и воспитания специалистов на месте их будущей деятельности, во много раз увеличивают боевую дееспособность крепости Кронштадта.

      В административном отношении Кронштадт причислен к Петербургскому уезду, Петербургской губернии и управляется военным губернатором, который в то же время — главный командир порта.

      Кроме чисто военного значения, с самого начала своего развития Кронштадт приобрёл себе и значение торгового порта. К его берегам и его гавани приходили, как всё сырьё земли русской, так и бесчисленное множество иностранных «купцов», зарящихся на наше добро и предлагающих взамен его деньги, или продукты обрабатывающей промышленности. Благодаря этому обстоятельсву, с самого начала, в Кронштадте закипела лихорадочная деятельность, и он начал обстраиваться и богатеть.Ещё и теперь сохранились названия улиц, кроме Шкиперской, указывающие на этот период деятельности. Между прочим как интересный факт, привести следующее: на горе (так называется самая высокая часть города и самая древнейшая) есть дома сплошь построенные из дуба, с дверями и рамами красного дерева и с пробоями и петлями из меди. Результат ли это прежнего довольства, или результат хищения — проверить трудно, но это неоспоримый факт.




Морской канал и упадок торговли

      Как ни как, но до последнего времени, т. е. до 1885 г. торговые обороты Кронштадта были очень велики, и не откройся морской канал, были бы и до сих пор такими. Но в 1885 г. 15 мая был открыт Морской канал, и большая часть торговых оборотов перешла в руки Петербурга. По характеру и назначению Морской канал состоит из двух частей, или участков. Портовой и Морской5). Портовой участок, у самого устья р. Невы, протяжением до 5 в. представляет искусственно созданный проток (углублённый) р. Невы, имеющий изменяющуюся поперечную профиль. Глубокое русло речки с переменною шириною дна примыкает к естественным углублениям дна и мелким плёсам, образующим гавани и отмелые места. Участок этот ограждён с обеих сторон дамбами, но вследствие перерыва левой дамбы, воды портового участка канала и воды крайнего левого протока Невы, Екатерингофской речки, сливаются в один обширный водоём, ограниченный двумя дамбами: правою дамбой канала и дамбой, по которой проведена ветвь железной дороги от станции Автово до ст. Морская пристань. Обе дамбы сближаются в западном углу образуя, так называемые, портовые ворота, шириною 66 саж. Морской участок канала, протяжением до 20 в. ограждён дамбами с обеих сторон лишь на протяжении 1/5 всего своего протяжения. В ограждённой своей части русло канала, глубиною в 22 фута, имеет ширину по дну в 40 с. и двойные откосы. Дамбы же отстоят друг от друга на 100 с. Каждая дамба ограждена в подводной части двумя параллельными линиями, нагруженных камнем, ряжей. Земляное ядро дамбы между ряжами было насыпано из грунта, добытого землечерпанием из русла канала. Откосы одеты булыжною мостовою на слое из подсыпки плитного щебня. Нормальная поперечная профиль канала в открытой части представляет русло глубиною в 22 фунта, шириною по дну 50 саж. с двойными откосами. Вообще, СПБ Морской канал, из всех известных в Европе каналов, занимает 1-е место по площади своей продоли. За то и сооружение его, вместе с Гутуевской гаванбю, дополнительными работами по уширению канала в портовой его части и уширением портовой территории на низменных, болотистых землях, обошлось правительству в 14.832.480 рублей.

      С перенесением торговли в Петербург, Кронштадт стал мало помалу терять своё значение центра торгового порта. Уже в 1893 г. в его гавани пришло из иностранных портов всего 410 парусных судов и 1244 паровых (более всего из Англии (738) и Дании (275). Главными предметами привоза были и есть: уголь, металлические изделия, фрукты, кирпич и хлопчатая бумага. Главными предметами отправки служат: доски, лён и лбняное семя.

      Благодаря частым портовым сношениям с Западной Европой, особенно в первое время, на таком маленьком клочке земли как Кронштадт появилось полное смешение Европейских народностей и вероисповеданий, как например: православных церквей 156), в том числе 10 домовых, церквей иностранных вероисповеданий 4 и молитвенные дома — еврейский и магометанский. Сообразно с этим и население Кронштадта ещё в 1894 г. состояло: из общего числа жителей (с войсками) 49886 из них: православных — 39.160 ч., раскольников — 240, католиков — 3496, протестантов — 5881, евреев — 352, магометан — 580 и прочих вероисповеданий — 177 ч.

      В настоящее время, после устройства Морского канала и с перенесением военного порта в незамерзающий Либавский порт, как уже выше было сказано, значенние Кронштадта сильно пало. Правда, в навигационное время наплыв рабочего и коммерческого люда всё ещё большой., но это уж не то, что было прежде, по словам старожил, когда в гаванях не хватало места для своих и иностранных судов, когда капитаны, как наши, так и иностранные, оставляли свою золотую пыль в гостеприимных недрах Кронштадта. Теперь Кронштадт, в торговом отношении, можно приравнять к полустанку между иностранными портами и Петербургом, а в военном отношении — к последнему, крайнему, и пожалуй даже, всё ещё единственному тет-де-пону Петербурга со стороны моря.

      В этом последнем отношении, в котором по настоящему и заключается вся, как историческя, так и практическая цель Кронштадта, именно в настоящее время Кронштадт стоит на высоте своего призвания.

      Дело в том, что прежнее внутреннее ядро, или сама крепость, с её оградой и верками, потеряла всякое значение, но зато, приобрели громадное значение береговые укрепления и форты. Так например, южный фарватер представляет собою в самом узком месте водную полосу шириною до 8 вёрт, но в строгом смысле слова сам фарватер, между Кроншлотом и Ккпеческой стеной, доходит до 50 с. ширины, остальная же частьводной полосы настолько мелка, что от Кроншлота до Ораниенбаумского берега её можно, за малым исключением в несколько сажень перейти в брод. Конечно большие неприятельские суда пройти в этом мелком промежутке не могут и принуждены волей-неволей идти по фарватеру между стенкой и Кроншлотом. Миноноски же и шлюпки могут проскользнуть, но для воспрепятствования и их прорыву служат те же форты, которые предназначены для борьбы с большими судами неприятельского флота, а особенно форты ? 1, ? 2, Милютин и Павел. Кроме этих фортов на южном фарватере имеются: 1) батарея кн. Меншикова, устарелая и теперь не имеющая значения, но грозная по виду, 2) укрепление Кроншлота в самом узком месте фарватера, 3) батарея на Купеческой стенке, которая опять-таки, теперь не имеющая значения, 4) форт Император Пётр, соединённый с островом дамбой и железной дорогой, 5) форт Александра I, который будучи воздвигнут впереди Кроншлота, вместе с фортами Павел и гр. Милютин играют роль ворот к узкому проходу фарватера, 6) форт Константин, также соединённый дамбой и железной дорогой с островом, самый грозный для всех кронштадтских фортов, стоящий на страже единственного южного прохода, 7) сухопутная батарея Тотлебен и 8) батарея на оконечности косы, на так называемом рифе. Вся местность между сухопутными батареями и фортами тщательно исследована и всё пространство перед ними, на дальность орудийного выстрела, математически определяется особыми секретными дальномерами. Если к этому прибавить возможность сосредоточенной7), в полном смысле слова, стрельбы, то становится очевидно, что с этой стороны прорыва неприятельского флота быть не может.

      Что касается северного фарватера, то можно сказать, что его оборона вряд-ли не действительнее южного. Северный фарватер, во 1-х, мельче южного, и внастоящее время, глубоко сидящие военные суда не могут пройти его, во 2-х он состоит, в западной своей части, их нескольких рукавов, которые к восточной оконечности острова сливаются почти в один рукав, в 3-х вдоль всей фарватерной части расположены дугой, в расстоянии 3—4 вёрст, от берега острова, 7 фортов (от ? 1 до ? 7), начинающихся на высоте южного форта Константина и упирающихся в Финляндский берег между Сестрорецком и Лисьим Носом, в 4-х по северному берегу острова расположены батареи: Александр и Николай Шанц, Михаил, Дэн и ? 5. В последнее время приступили ещё к сооружению новых двух фортов, к северо-западу от линии прежних семи, ближе к северному берегу, для обороны прежде поражаемых участков фарватера. Форты эти будут представлять из себя грандиознейшее создание рук человеческих. Длина их фронта будет доходить до Ѕ в. Все они насыпные, искусственно поднятые со дна моря, как впрочем и все остальные форты Кронштадта. Форты и укрепления северного фарватера, в настоящее время, так же как и южные, снабжаются дальномерами и приспособляются к сосредоточенной стрельбе. Как северный, так и южный фарватеры сообщаются между собой и с центром (кр. Кронштадтом) телеграфной подводной сетью проволок (кабелей), и кроме того, посредством телефона.

      Таким образом, после этого краткого обозрения тактической дееспособности кр. Кронштадта, видно, что она только увеличивалась и будет ещё увеличиваться на неопределённое время. Нельзя также не сказать о его стратегическом значении. Первоначльно креп. Кронштадт был единственным оплотом оплотом с севера против вторжения морским путём неприятеля к столице России — Петербургу, и единственным военным портом. Первоначально враги (Шведы) были близко, и были гораздо сильнее нас в морском деле; теперь эти враги не опасны, и даже отстали от нас. Опасны теперь только, для спокойствия столицы флоты, сравнительно отдалённых государств, как то: Англии, Германии и Франции. Но с перенесением военногоо порта в Либаву, им первым делом, придётся считаться с её укреплениями и с долотом, находящимся под их защитой. Таким образом, в настоящее время, значение Кронштадта в стратегическом отношении значительно уменьшилось против прежнего. Ныне Кронштадт в стратегическом отношении хотя всё ещё представляет дверь у петербургу, но не первую и единственную, а последнюю. Наибольшее же его значение теперь, это значение укреплённой и самостоятельной базы8) для действий нашего флота в неоперившейся ещё Либаве, т. е. значение крепости 2-го ряда.

      Что же касается торговли, то близкое будущее покажет, что почти вся она перейдёт в руки Петербурга, и особенно Либавы, так что и в этом отношении Кронштадт из мамостоятельного торгового порта вскоре выйдет до роли простого потребителя, что не мудрено, ибо сам он, т. е. Кронштадт дать ничего не может для торговли, а только нуждается во всём для исполнения своей миссии — базы действующего долота.




Географическое положение острова, флора и фауна

      Котлин находится на 60є северной широты и между 47є25' и 47є30' долготы, служит как бы переходом от южного берега залива к северному, как по устройству поверхности, так и по своей флоре и фауне. И действительно: южный, ораниенбаумский берег круто спускается к морю и состоит из песку на глинистой почве, северный же, или финский берег спускается к морю отлого песчаными дюнами, ясно свидетельствующими о том, что и здесь когда-то волновалось море. Растительность южного берега состоит преимущественно из деревьев лиственных пород с малым процентом хвойных, тогда как наоборот, хвойные породы деревьев сильно преобладают на северном берегу. Относительно животного царства следует отметить тот факт, что на северном берегу водятся волки и лоси, тогда как на южной они попадают редко, преимущественно зимой по льду залива. Что же касается острова Котлина, то нет сомнения, что он выдвинулся из морской глубины вследствие обмеления моря и поднятия почвы. Это поднятие почвы ясно заметно и теперь, особенно по северному берегу острова. Дело в том, что вдоль всего этого берега крайне отлого спускающегося к морю, тянется широкой полосой мель. Ширинра этой полосы доходит до 3 вёрст. Малейшее понижение уровня воды, или поднятие почвы, оголяет из воды массу валунов и заметно на глаз расширяет берег. За последние 10 лет в некоторых местах берег, таким образом расширился на несколько шагов. Надо думать, что с течением времени вся полоса этой мели выступит окончательно из-под воды и тем значительно расширит территорию острова. Почва Котлина исключительно песчаная и подпочвенные воды настолько близко находятся к поверхности земли, что нет возможности вырыть сколько-нибудь глубокую яму.Это последнее обстоятельство, кроме хозяйственных неудобств, как например, при устройстве ледников, имеет ещё и более неприятную сторону, заключающуюся в невозможности вырыть надлежащей глубины могилу. Кстати о кладбище. Расположено оно на самом берегу, и во время осенних наводнений, ежегодно подвергается размыванию, и после отлива волн, нередко можно увидать на берегу кости и черепа неведомо которой могиле принадлежащие; по всему кладбищенскому берегу и в остальное время года, под тонким слоем песку, нога наступает на полуистлевшие кости.

      Строение поверхности острова равнинное с крутым спуском фарватера у южного берега и в небольшом от него отдалении, и с крайне пологим спуском с северного берега. Море, омывающее остров, изобилует массой надводных и подводных камней, которые у западного его края какбы сходятся и образуют так называемый риф, тянущийся до Толбухина маяка. Естественного орошения на острове нет, но зато море, омывающее его, пресно от массы пресной воды, приносимой р. Невой, и ввиду этого, недостатка в воде нет. Правда, когда ветер с моря нагоняет в залив настоящую морскую воду, пить её тогда почти невозможно из-за её солоноватого вкуса. Город питается водой из городского водопровода, действующего крайне неправильно, а жители и войска, расположенные на косе, или из колодцев, или привозной из города. Вместо рек и ручьёв остров испещрён массой больших и малых канав, имеющих фортификационное значение. Из них самые большие, канал Петра I, крепостной ров, и канава вдоль вала от люнета Литке до берега у кладбища. В жаркие леетние дни, за невозможностью по мелководью купаться в море, в этих канавах, несмотря на строгое запрещение, зачастую купаются нижние чины и простонародье, и не проходит года без несчастного случая, ввиду того, что стенки этих канав высоки и очень круты и канавы тинисты.

      Климат острова умеренный, приморский. Главную особенность его составляют периодические ветры, дующие перед восходом и заходом солца. Период осенних непогод особенно неприятен вследствие постоянных ветров, разгоняющих вокруг острова сильное волнение. Дело в том, что в открытом море волнение правильное, так сказать ритмическое, здесь же оно, встречая по пути массу преград, в виде фортов, ряжей, берегов и стенок, теряет ритмичность и получается толчея, приноровиться и привыкнуть к которой крайне трудно. Весенняя и осенняя распутицы на острове очень продолжительны ввиду того, что даже в городе не принято помогать природе, по пословице «что Бог дал, то и взял». Основание этому положим есть и заключается в следующем. Пока лёд держится на море, с суши в город и на косу, ежедневно приезжают молочницы, селёдочницы и т. п., конечно на санях, да и вообще все грузы должны через море следовать на полозьях. И вот в угоду этому, снег не убирается и грязь стоит невозможная, заражая воздух массой миазмов.

      Зима редко бывает суровая и бывали случаи, что на Рождестве ездили на колёсах и поддерживалось пароходное сообщение с берегами залива.

      Что касается растительности острова, то, как уже было сказано, она представляет переход от южного к северному берегу. В восточной части лиственные деревья, в западной, на рифе — хвойные. Вообще, количеством не только леса, но даже деревьев остров похваастаться не может; все они заключаются в Головачёвском парке, в Летнем саду, в Петровском парке, в двух Екатерининских скверах, в маленьких церковных и частных домовладельческих садиках, в роще на косе и в нескольких кладбищенских рощах. Разгуляться и отдохнуть взором на лесном пейзаже положительно негде. Зато, вдоль северного берега далеко по отмелям тянутся целые заросли камышей, красиво волнующихся при малейшем ветерке и волне.

      Ни землепашеством, ни скотоводством жители Котлина не занимаются, зато все свободные участки земли на косе заняты огородами частных лиц и флотскими, причём культура овощей, на этих последних, доведена до совершенства.

      Переходя от царства растительного к царству животных, должно отметить прежде всего изобилие водяных птиц. Камыши, а по весне плывущие льдины, кишмя кишат всевозможными породами уток; тут и кряква, и гоголь и нырок, тут у самого берега полощатся чирки и цибисы с красными ножками, с пронзительным кряком носятся в воздухе и нет-нет стремительно бросаются в воду на оплошавшую рыбку; коршуны, ястреба, кобчики с необъятной выси реют, высматривая добычу, длинноногие маленькие песочники весело похаживают по берегу, а коса у кладбища кишит бекасами, гаршнепами, турухтанами, большими чёрными и мелкими куликами и даже пролётом, дуппелями. Любителям охоты раздолье, да беда, что без билета из Штаб-крепости охотиться нельзя, а билеты даются не всем, да и получившие их по многим местам не имеют права даже ходить. Кроме перечисленным пернатых водятся ещё в изобилии; воробьи, голуби, находящиеся в большом почёте, трясогузки, скворцы, дрозды, грачи, чижики, чечотки, щеглы, вороны, галки и даже соловьи. На косе у клабища водятся ночные хищники белая и серая совы.

      Из царства животных, кроме домашних, встречаются чаще других опять-таки на косе, зайцы, хорьки и ластовицы; зимой по льду иногда забегали лисицы, лоси и волки, причём раз, направляясь с северного берега на южный, волк попал прямо на город, и не долго думая направился прямо в ворота северной оборонительной стенки, мимо,не признавшего ег часового. Ни часовому и никому в городе волк этот не причинил вреда. Очень редко, но всё-таки попадаются ещё горностаи. Во время весеннего ледохода заходят с севера тюлени и вылезают понежиться и погреться на камни стенок, составляющих гавани фортов.

      Море, окружающее остров, кишит рыбой и доставляет, как городу, так и для экспорта массу товара. По улову наибольшее количество ловится корюшки, салаки, ряпушки, ершей, плотвы и окуней; в большом количестве встречаются угри, щуки и язи. Во время хода лососины у рыбаков закипает горячая деятельность и результаты её с лихвой оплачивают и время и труд.

      Лов рыбы совершается круглый год; зимой через особые отверстия, окна во льду, летом на особых широких лодках посредством невода. В каждой такой лодке сидят пятеро мужиков и непременно одна баба. При пережвижениях на вёслах она гребёт вместе с мужиками, а при остановках стряпает им незамысловатый обед и ужин из той же рыбы. Зачастую такие лодки проводят на море целые сутки, а то и больше, смотря по улову рыбы. При сильном ветре и волнении вся флотилия этих лодок спешит к Петербургской пристани и на большои протяжении располагается под её защитой.




Население острова. Бытовые его особенности.

      Население Кронштадта представляет очень много особенностей. Кронштадт, это город военных, рабочих, посадских и богомольцев. Человека, никогда не бывавшего в Кронштадте, поражает обилие встречающихся на каждом шагу солдат, преимущественно матросов. Куда бы ни пошли вы, всюду встретите эти мелькающие и развевающиеся по ветру ленточки на фуражках, или серые шинели сухопутных солдат. Есть улицы, как например, Павловская, на которой находятся флотские казематы, или Северный бульвар с казармами пехотных частей, где решительно человека в штатском платье редко можно встретить; все или матросы или пехотные солдаты. Целую неделю повсюду слышится треск барабанов, звуки сигнальных рожков, проходят солдаты с хорами музыки, раздаются команды и сухие резкие звуки выстрелов. Так проходит зима. Весной картина несколько изменяется. Команды ходят на стрельбу, на косу, на гарнизонное стрельбище, а матросы — на вооружение судов. Раздаётся удалая солдатская песня; загорелые потные и пыльные лица солдат смотрят весело. Звуки выстрелов несутся с косы, и с фортов производится стрельба снарядами по движущимся целям. Интересно смотреть с берега, как пароход артиллеристов на длинном канате тянет баржу с установленными на ней громадными мишенями, изображающими неприятельское судно. Вот показывается клубок дыма с одного из фортов, блеснёт огонёк, и перед мишенью взлетает огромный столб воды. Звук выстрела, гудение летящего снаряда и разрыв его раздаются спустя некоторое время, смотря по расстоянию от форта. Вечером и ночью стрельба производится с помощью электрического света. Летом картина опять меняется. Флот уходит в плаванье, артиллерия на форты, а пехотные части — в лагери, и тогда Кронштадт пустеет.

      Ещё особенность. Никде вы не услышите так часто звуков похоронного марша, как в Кронштадте. Всех матросов хоронят с музыкой, а так как в Кронштадте стоит большая часть Балтийского флота, то и понятно почему так много людей хоронят с музыкой. По утрам, обыкновенно, по Павловской улице тянутся похоронные процессии, сопровождаемые военными командами, направляясь к Кронштадтским воротам, ведущим за город на военное кладбище.

      В Кронштадте находятся: 17 флотских экипажей, сведённых в 2 дивизии, 6 батальонов крепостной артиллерии, 2 крепостных пехотных батальона, сапёрная рота, минная рота и 148 пех. Каспийский полк. Кроме того, различные мелкие части при управлениях и штабах. Вся эта масса людей живёт своею особенною жизнью в казармах, давая своим существованием возможность множеству людей, доставляющих им всё необходимое для жизни, богатеть и жить только благодаря их присутствию. Едва ли мы ошибёмся, если скажем, что Кронштадт значительно развился, разбогател и вырос только живя за счёт частей войск, и уйди эти части, он сразу же придёт к упадку. Сбыта продуктов и товаров и вообще внутренней торговли не будет, а это поведёт за собой разорение многих людей.

      Второй по количеству, элемент населения составляют рабочие. Масса построек, масса работы в порту, привлекает ежегодно со всех сторон России сюда столяров, плотников и т. п. ремесленников. Кроме того, во всё время навигации приходяящие и уходящие суда требуют рабочих рук для скорейшей разгрузки и нагрузки, и плата за эти работы доходит до 1 р. 50 коп. — 2 р. в день, что естественно привлекает массу желающих. В обыкновенное время дня встретить рабочих мудрено; но встаньте пораньше, когда ещё весь интеллигентный люд спит, около 6 ч. утра, и вы увидите эту мощную рабочую силу. Потягиваясь, позёвывая, в одиночку и кучками торопливо спешат они к главным воротам порта, чтобы занять место поближе к ним. Вскоре около этих ворот вырастает громадная толпа. Но вот ворота распахнулись, нужное число рабочих рук отсчитано и ворота закрыты; осталось ещё много, но они не унывают, не тут так в другом месте работы хватит на всех. До 12 часов дня не видать этого серого, многотрудящегося люда, но вот, упал конус на мачте технического училища, грянула полуденная пушка в Петровском парке, и изо всех углов и переулков валит голодная, усталая но бодрая толпа домой или в ближайшие трактирчики и закусочные. Два часа отдыху, но надо поесть, попить и отдохнуть, а поэтому и в этот промежуток времени их не видать. Но вот опять загудели гудки, опять общее спешное движение и т. д. Это в будни — зато в Воскресенье дым коромыслом стоит в трактирах,по улицам небезопасно пройти, никто не гарантирован от оскорбления. Ввиду этого, по городу ходят военные патрули, и усиливается полицейский надзор.

      Следующий разряд жителей составляют посадские, этот отброс общества. Слово «посадский» обозначает, собственно говоря, жителя посада, пригорода, в Кронштадте же это неприменимо. Посадские Кронштадтские есть нечто иное, как высланные из Петербурга административным путём за разные художества поддонки его жизни, кроме того, к ним же принадлежат спившиеся и опустившиеся элементы и нашего общества. Так например, не редкость встретить среди посадских отставных офицеров, учителей, техников и тому подобных образованных и развитых людей. Никакая помощь, никакие силы не в состоянии поднять их, вернуть к прежней жизни, и они сами это осознают и никогда не просят о помощи, а просят, или требуют прямо на водку, зачастую щеголяя знанием иностранных языков.

      Чем живут они, как едят и где проводят холодные зимние и осенние ночи, трудно и представить себе. В прежнее время, до широкой благотворительности отца Иоанна, и учреждения ночлежных домов, положение их было ещё того горше и вынуждало даже на кражи и грабежи. Был даже случай, что в одном из тёмных переулков вечером с самого отца Иоанна сняли дорогую меховую шубу. Теперь такие случаи крайне редки, но зато стоит посмотреть на толпу в несколько сот человек у Андреевского собора, этих несчастных, ожидающих выхода их благодетеля, отца Иоанна и обычной подачки. Есть между ними и такие, что оскорбятся, если кто-нибудь посторонний подаст им милостыню. «Батюшка нас любит и понимает — от него и взять легко» говорят они, «а вы нас не понимаете — Бог с вами». Несмотря даже на ежедневную раздачу денег, положение их не удаётся улучшить: на грошь, на два он поест, а остальное всё идёт на выпивку, чтоб согреть прозябшее тело, чтоб закрыть глаза у совести, чтоб забыть прошлое. Чем и как наполняют они свободное время, кроме выпивки, драк и безобразия — тоже мало определимо. Есть в конце Господской улицы площадь под названием «Козье болото». Это ничто иное как род толкучки. Здесь вы можете купить по самой дешёвой цене всё, начиная с вещиц севрского фафора и китайских и японских безделушек, и кончаяполупоношенной подметкой, здесь на глазах у публики снимается порядочная одежда и заменяется ветошью и наоборот, здесь вы встретите и военных и штатских, и дам и весь почти пролетариат города. Вот это то «Козье болото» и представляет широкую арену деятельности для обленившихся посадских. Найдётся гвоздь, подкова или что-нибудь в этом роде — глядишь, и призрачное дело готово, есть, что продавать.Кстати о товарах Козьего болота. Нельзя не упоминуть о том факте, что матросы, приходя из плавания, привозят с собой массу заграничных вещей преимущественно из Японии и Китая, соблазнённые их красивым видом и дешевизной на месте. Проходит время, выплаванные деньги уходят на береговые удовольствия, продолжить их хочется, и вот на Козье болото несутся вещи, которые покупались для подарков в далёкие родные деревни. В это время можно рублей на 6, на 10 накупить столько и таких вещей, что в Петербурге за них пришлось бы отдать и все 60 и 100 рублей. Если не находится честных покупателей в данное время на эти вещи, то их скупают татары, и они все переходят а татарские ряды, находящиеся против гостинного двора; там цена им уже выше, но всё-таки поразительно мала.

      Теперь остаётся коснуться ещё одного разряда обитателей Кронштадта. Это —богомольцы. Класс этот не имеет постоянного состава и чуть не ежедневно меняется. За многие тысячи вёрст, со всех концов обширной Империи стекаются сюда верующие, жаждущие посмотреть и послушать о. Иоанна. Калеки, больные, убитые горем — это и есть самая верующая и симпатичная часть богомольцев, но есть и другая навязчивая, крикливая, жадная и исступлённая, в большинстве случаев состоящая их женщин. Стоит видеть, как они атакуют и чуть не раздирают на части терпеливого батюшку, стоит видеть, как он, затравленный ими, бросается в коляску и как они, задрав подолы, бросаются за ней, не только не отставая, но даже и опережая кровного рысака, чтобы почувствовать к ним прямо недоброжелательство. В особых домах и номерах вся эта волна богомольцев находит временный приют за невероятно, нехристиански дорогую цену. Вообще, злоупотребления и эксплуатация именем о. Иоанна делаются на каждом шагу, и почтенный пастырь хоть и знает об них, но поделать ничего не может. Не эти, так другие будут так же корыствоваться, говорит он, так пусть уж меньше гибнет душ!

      В домах для приезжающих удобств никаких, теснота страшная, спят прямо на полу, да и спать почти не приходится ввиду молитвословий, песнопений и причитаний богомольцев, желающих на утро предстать перед батюшкой и замаливающих свои грехи. Как на одну из особенностей служб о. Иоанна, можно указать на его всеобщую исповедь. Человек со слабыми нервами положительно не в состоянии вынести впечатления этой исповеди. Начиная с того момента, когда батюшка приглашает покаяться и начинает молиться и плакать о грехах кающихся, весь собор оглашается рыданиями и криками; дело в том, что каждый старается перекричать всех, чтоб именно на его грехи обратил внимание ходатай за них и отдельно помолился. Каких, каких только грехов не наслушаешься в эти несколько минут! С каким самобичеванием и отчаянием вырываются из недр души эти признания! И кажется, что это не храм с его благолепием и благоустройством, а место страшного судилища, с плачем и скрежетом зубовным.

      Кроме врачующихся и попрошайничающих есть ещё тип богомольцев: странники и паломники, которые всю жизнь проводят в перекочевании от одного святого места к другому и рассказывающие всякие небылицы простодушным слушателям за мзду питанием и подношением. Как характерный случай этих росказней, служат анекдоты о «зубе Бориса и Глеба» о Киевских угодниках и т. п. Как пример эксплуатации доверия, служит продажа стружек от Ноева ковчега, найденных на горе Аррарат, кусочков дерева от креста и гроба Господня и т. п. Всё это делается, конечно, тайком,но дальше от строгого ока полиции и духовенства.

      Очертивши в кратких чертах эти четыре главные, составные элементы народонаселения о. Котлина, остаётся ещё упомянуть о жителях косы и об интеллигентном классе общества. Что касается первых, то ничего интересного собой они не представляют: живут себе тихо и незаметно в своих полуразвалившихся домиках и разве только нужда в припасах выгоняет их в город. Дальше же этого города интересы их не идут. Другое дело — интеллигентный класс. Это, если можно так выразится, особая разновидность человеческой породы: парродия (прим. — написание автора) на столичного обывателя и смешное избегание провинциализма. Происходит это от близости к столице и от того, что жить столичной жизнью нельзя на таком маленьком клочке земли с крайне ограниченными наличными силами общества, жизнь которогобез преувеличения можно назвать клубной, а не семейной. Весь состав общества — офицерство флота, артиллерии и пехоты, чиновники и др. административные лица с их жёнами и дочерьми. Даже при таком, исключительно служебном обществе, интересы его могли бы быть с достаточно широким горизонтом, но беда в том, что и эти-то немногие люди делятся на кружки, окружённые Китайской стеной самомнения, подозрительности и обидчивости. Флотский кружок, самый аристократический замкнут в сознании своего превосходства и близкого знакомства с правящими лицами и с политикой, доходящими до того, что в Петербурге новости, как того, так и другого рода, узнаются из Кронштадта и зачастую такие, о которыхещё и снится. Кружок артиллерийский замкнутый от флота обидчивостью, а для остальных более или менее открытый, кружок армейский — замкнутый в себе обидчивочтью на всех, своё необеспеченное содержание, не дающее возможности угоняться за другими, и наконец, кружки чиновников и купеческие, замкнутые в себе из-за уязвлённого самолюбия. В каждом таком кружке свои интересы, свои злобы дня, дальше которых они не идут, и надо всем этим царит, обличительница провинциального происхождения, сплетня. От всевидящего ока этой нескромной и непрошенной гостьи не ускользает ни одно мало мальски выдающееся происшествие, а стоустая молва превращает его в грандиозное событие. Мало того, что сплетня задевает знакомых лиц, она жужжит, как неотвязчивая муха, и повествует о тех, кого и в лицо то не знаешь. Впрочем, для жителей Кронштадта это редкость; все так пригляделись друг к другу, что встретить незнакомые лица довольно трудно. Средством для этого знакомства зимой служат катки на Итальянском пруде и Артиллерийский, на льду крепостного рва, а также, дажеещё в большей степени, Господская улица. Часам к 8-ми вечера на неё выходят, чтоб прогуляться, себя показать и других посмотреть. Большинство гуляющих офицеры и гимназисты, барышни из гимназии и великовозрастные, а также, к сожалению, и те «милые создания». Летом район прогулок и время изучения физиономий увеличивается прогулками под музыку и без оной в Летнем саду, в Петровском парке и в Екатерининском, более известным под названием, pardon за вульгарноевыражение, «Собачьего парка». На этих прогулках, а равно как и в обществе, новому человеку прежде всего бросается непринуждённое и мало женственное поведение барышень и даже их маменек. Объясняется это очень просто условиями жизни. В большинстве семейств прислуга исключительно мужская — деньщики, и от постоянного соприкосновения с ней грубеют манеры и самой хозяйки и детей; кроме того, общества постоянных посетителей — сослуживцы мужа, разговоры вертятся на службе, на её тяготах и непрятностях, причём говорится всё открыто в присутствии жены и детей, и девочки, рано всего наслышавшись и пропитавшись мужским духом и разговором, становятся со временем полуженщиной, полумужчиной. Это общий удел военной семьи в провинции, и здесь только ярче выказывается ввиду того, что весь город, так сказать, ничто иное как, несколько таких семей. Кронштадтскую барышню, или даму, легко узнать где угодно по походке, по манере разговаривать, отдавать приказания и распоряжения и по многим другим мелочам.

      Жизнь в Кронштадтских семьях идёт приблизительно по такому расписанию:утром мужья с 8 час. утра уходят на службу, дети в гимназии, жена или спит, или, что нередко, идёт сама закупает провизию, а кстати послушать сплетни и посмотреть, что есть ноаого в гостином дворе и в магазинах. К 12 часам мужья возвращаются домой, или вместе с холостежью наполняют клубы и собрания, жёны хоят друг к дружке и обмениваются за чашкой кофе новостями. С 2-х часов и до 5 снова служба, а там обед, отдых и тоскливое ожидание вечера, когда можно мужбям составить винт, а жёнам и дочкам вдоволь наговориться. Впрочем, надо отдать им справедливость: редкая, не только дама, но и барышня не умеет играть в винт и зачастую составляют даже отдельные столы; в стуколку и как истые мушкатерки готовы сидеть хоть всю ночь напролёт. Почти ту же картину представляют и вечера в клубах и собраниях: больше игры и обыденных разговоров, чем танцев и веселья, и происходит это оттого, что слишком часты эти вечера, слишком приелись и обстановка и все окружающие, и ходят на них потому, что некуда деваться. Но вот наступает, как в том, так и в другом случае ужин. Лица оживляются, рюмки звенят, разговоры становятся оживлённее, чтобы стать под конец безосновательными, и на время кажется, что есть и жизнь и интересы у собравшихся людей, но проходит время, поздняя пора разгоняет всех по домам с отяжелевшими головами, с усталостью и страшной пустотой ощущуний и впечатлений прожитого дня. А на завтра, на послезавтра опять всё тоже и тоже.




От. Иоанн Сергиев

      В заключение настоящей брошюры остаётся хотя в кратких чертах описать жизнь и деяния человека, выдающегося не только в Кронштадте, но даже прогремевшего от края и до края по всему нашему необъятному отечеству. Речь идёт про отца Иоанна Кронштадтского.

      Родился отец Иоанн в 1829 г., в селе Суре, Архангельской губернии, пинежского уезда, в глухую, осеннюю ночь 18 октября. При первом своёмпоявлении на свете ребёнок был так слаб, что его окрестили в ту же ночь и дали ему имя святого Иоанна Рыльского. Родители о. Иоанна были люди простые; отец был причетником, образования не получил никакого и был полуграмотен, а мать и совсем неграмотна. Кто не знает тяжёлого положения нашего сельского духовенства, а особенно низшего улира!? С ранних лет ребёнок свыкся с нуждой и нагдяделся на картины лишений, горя, слёз и страданий. С ранних лет он стал вдумчив, молчалив, сосредоточен и наблюдателен. На шестом году отец купил ему азбуку, а в девять лет, собрав последние денжонки, отвёз его в Приходское Архангельское Училище. Ученье мальчику вначале давалось трудно, но однажды, после горячей молитвы, он почувствовал ососбый прилив сил и «завеса спала с его очей». По переходе в семинарию он уже обратил на себя внимание начальстваи в 1851 году отлично окончил курс так, что духовное начальство назначило его на казённый счёт в Петербургскую Духовную Академию.

      Вскоре умер его отец, и для поддержки матери, в ущерб занятий, он занял за 9 руб. в месяц место письмоводителя академии. В 1855 г. Иоанн Сергиев окончил академию со степенью кандидата богословия.

      Первоначальное его намерение было сделаться миссионером, но, как рассказывает он сам, раз увидел себя во сне священником, служащим в в Кронштадтском Андреевском соборе. Через несколько дней ему предложили жениться и он был посвящён в сан священника как раз в Андреевский собор, и с 12 декабря 1855 года начинается его священническая деятельность.

      Уже при первом своём появлении в Кронштадте о. Иоанн обратил на себя внимание своей экзальтированностью, сосредоточенностью и презрением к внешним впечатлениям. Глубоко понявши свои обязанности и искренно относясь к ним, он в начале чвоей деятельности принялся за тщательное и внимательное изучение книг Ветхого и Нового Завета и стал вести свои заметки. Будучи с детских лет и сам бедняком, он близко к сердцу и тонко понял нужду вверенной ему паствы. Ежедневно, рано поутру, от. Иоанн, выходя из церкви, терпеливо выслушивал собравшихся бедняков об их нуждах. «Не обманывешь ли ты меня, о Христе брать? Строго, но с любовью спрашивал он, — денег у меня мало, а видишь скольким надо помочь?». Кончается тем, что помощь даётся деньгами, или же сам батюшка отправляется с нуждающимся на рынок, на Козье болото и покупает там необходимое. Имея сам мало и жертвуяпоследним своим достоянием, о. Иоанн, конечно возбуждал на себя нарекания семьи, но преносил все нападки и упрёки с христианским терпением. Молва о его милосердии быстро стала распространяться по городу и его окрестностям, и путём народной молвы и затеплившейся любви бедняков создалась его всемирная слава. Со всех сторон стали стекаться приношения на дела благотворительности и круг его деятельности значительно расширился. В этот же период временив 1857 г. о. Иоанн был назначен законоучителем в Кронштадтское городское училище, а с открытием в 1862 г. классической гимназии и туда. Педагогическая его деятельность ярко осветила его душевные силы и способности. У него не было неспособных, он не задавал уроков, не резал на экзаменах, а «вёл беседы». Красноречием он не отличался, и теперь и прежде, но каждое слово его глубоко продумано и прочувствовано и производит поэтому неотразимое впечатление. Будучи сам от природы смиренен и кроток, он и своей пастве внушает: надо уметь господствовать над своим сердцем в минуту оскорбления и подавлять гнев и неудовольствияв самом начале. Ставя милосердие основой нравственной жизни, он говорит: «Вразумись чужими бедами». «Всякому просящему дай!». «Лобро должно делать из своей собственности, приобретённой честными трудами, а не хищением и обманом». «Вы учитесь языкам — русскому, французскому, немецкому и т. д., но смотрите, большн всего учитесь языку любви, самому живому, выразительному и сильному языку». 25 лет слишком продолжалась педагогическая деятельность о. Иоанна, но пол конец, вследствие своей обширной деятельности и недостатка времени, он вынужден был огказаться от неё. Насколько в действительности занято его время можно видеть из того, как он проводит день. На углу Андреевской и Посадской улиц, по втором этаже 2-х этажного каменного дома помещается его скромная квартира, в которой он живёт с приезда в Кронштадт. Обстановка её крайне проста и поражает обилием книг. Встаёт он в 4 часа ночи и перед ранней обедней кжкдневно прогуливается по садику. А у ворот дома, несмотря на раннюю пору, уже собирается масса народа, ждущая его благословения. В сопровождении этой толпы он направляется к Собору, где его ждёт уже «его армия», т. е. человек от 700 до 800 посадских. Начинается раздача милостыни. Сам о. Иоанн разделяет их на десятки, и в каждый десяток вручает известную сумму для раздела. Окончив раздачу милостыни он идёт в Собор. Безразлично, его или не его очередь, он сам постоянно читает полагаемые стихирь и каноны, не пропуская ни одного слова. Во время утренни начинают получаться телеграммы, и о. Иоанн сам их прочитывает и несколько раз уходит в алтарь помолиться за страждущих. Раннюю литургию он совершает постоянно сам. Почти ежедневно после литургии ему приходится исповедывать и причащать массу народа, причём зачастую, не имея возможности отъисповедывать массу желающих, он прибегает к общей исповеди. По окончании службы прочитываются им вновь полученные телеграммы и масса просительных писем, а затем о. Иоанн садится в экипаж и едет на требы к ожидающим его в квартирах для приезжающих богомольцев. Сыплются просьбы о вспомоществовании, о помощи, о совете, о молитве, и на все неутомимый пастырь отхывается и делом и душой. Едва кончится объезд квартир, как уже о. Иоанн спешит в Петербург, или по льду залива, или на пароходе. Переезд по морю продолжается около 1 Ѕ часа, и за это время, сидя в рубке, о. Иоанн успевает вздремнуть. В Петербурге весьостальной день о. Иоанн не знает положительно ни минуты покоя, посещая больных и умирающих. На самом последнем Ораниенбаумском поезде он возвращается домой, и вплоть до ст. Лигово читает письма и поьом засыпает до Ораниенбаума. Во весь остальной путь по морю он не спит, а молится. Домой он возвращается обыкновенно часа в два ночи и спит, таким образом, после трудового дня, два часа. О его деятельности лучше всяких слов говорят как его широкая благотворительность, так и множество полезных учреждений, им основанных. К числу последних принадлежат, как самые выдающиеся: Дом Трудолюбия, Ночлежные приюты и Ораниенбаумская спасательная станция.

      Таким образом, будучи сам почти нищим, о. Иоанн нашёл силы и средства не только кормить и одевать сотни бедняков, но даже доставить им кров. Эти силы и средства дала ему великая, неоскудевающая любовь к ближнему.



1)   Первый ледокол был построен по мысли и планам кроншт. купца Бритнева, которому Кронштадт и обязан устройством постоянного сообщения с материком.
2)   Луна, Заря, Сестрорецк и Лисий Нос.
3)   Летний сад, Петровский, Головачёвский парк (на участке присыпной земли и отбросов города) и 2 сквера по Большой Екатерининской улице (один собственно говоря для низшей публики, другой для интеллигенции).
4)   Данные 1894 г.
5)   По А. Танненбауму.
6)   В Андреевском соборе хранится , на образе св. Андрея Первозванного, андреевская лента, полученная Петром за взятие в 1703 г. на абордаж шведских судов в Финском заливе; тут же костяной образ св. Андрея Первозванного, сделанный самим Петром, а в Богоявленской церкви находится паникадило из слоновой кости работы, тоже, самого Петра.
7)   Суть этой стрельбы состоит в том, что руководящий стрельбой может, посредством особых электрических приборов, направлять огонь орудий фарватера в одну, им набранную точку, в любой момент единовременно.
8)   База — укреплённый и снабжённый всем необходимым путём, опираясь на который развивают стратегические действия.

 
 
Кронштадт. В. В. Владимирский. 1898 г.
 
Серия «Вся Россия». 1898 г.
 
Кронштадт. Пароходная пристань.
 
Кронштадт. Петровская пристань.
 
Памятник Петру I в Кронштадте
 
 
     

 
 
 
   © Кронштадт, Валерий Играев, ноябрь 2018 г. * kronstadt@list.ru